Е.В. Литягин
г. Горно-Алтайск

РОЛЬ ИДЕОЛОГИИ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Термин идеология остается одним из наиболее спорных и сложных понятий современного обществознания. Разнообразие подходов в определении идеологии обусловливается спецификой ее сущности, включенностью в нее, помимо объективных знаний о действительности, субъективно-ценностной системы. Так, Д.П. Зеркин [3, 363] отмечает, что идеология выражает отношение к существующим общественным порядкам, обосновывает политические идеалы, принципы, нормы, цели, образцы поведения.

Первая зрелая концепция идеологии была заложена К. Марксом и Ф. Энгельсом в работе "Немецкая идеология", в которой это понятие выступает не как "наука об идеях", а своего рода духовный артефакт, продукт сознательной деятельности того или иного класса, отражением материальных отношений между ними. Выделив два типа идеологии: прогрессивную - присущую передовому классу, и реакционную - удел "отживших" классов, "тормозящих" общественный прогресс, основоположники марксизма заложили классово-экономический характер идеологии, определив ее значение как оружия в борьбе антагонистических классовых интересов. Однако, по мнению В.С. Барулина, классовая борьба затушевывала, смазывала единство общества. "Классы - это не метеориты, прилетающие из разных галактик и столкнувшиеся друг с другом, а стороны, грани единой социальной общности - народа" [1, 331].

Тем не менее, этот подход, видоизменяясь, сохранился и в современных трактовках. Так, К. Плешаков [3] утверждает, что в самом общем виде идеологию можно определить как в той или иной степени утопическую доктрину изменения общества в противоборстве с кем-то или чем-то, усвоенную массами и поддерживаемую теми или иными институтами.

Профессор А.А. Радугин, определяя идеологию как функциональную характеристику общественного сознания, также отмечает узкоклассовый, групповой характер первой, объясняя это идеологическим стилем мышления. "Идеология - это одностороннее, социально-заинтересованное отражение действительности" [5, 205].

Причина негативного отношения к идеологии в современном общественном сознание видится в отождествлении понятия формы с ее качественным наполнением (содержанием). Так, связав идеологию с насилием, подавлением одних социальных групп другими, получили нечто пугающее, тоталитарное, нацисткое, экстремисткое и т.п., тем самым лишив идеологию конструктивно-консолидирующего, прогрессивного значения. Игнорируя регулятивно ориентирующую силу идеологии, некоторые мыслители бросили лозунг "деидеологизации". Так, американский философ Д. Белл, автор книги "Конец идеологии. Еще раз", утверждает, что без насилия и обмана идеология существовать не может, а, так как сейчас устранен исторический контекст этого термина, то и от него остается лишь полутень. Ф. Фукуяма в работе "Конец истории" связывает исчезновение идеологии с провалом коммунизма, как государственной, мощной идеологии и началом более спокойного мироустройства. А.С. Хантингтон объясняет деидеологизацию сменой характера конфликтов в будущем. А.С. Хантингтон полагает, что конфликты идеологий заменятся конфликтами между цивилизациями.

Наряду с этими положениями, многие западные политологи расценивают идеологию как универсальное явление, необходимый элемент общественного сознания для всех современных обществ. (Д. Истон, А. Грамши, Р. Мангейм и др.)

Конец XX века ознаменовался крушением коммунистической идеологии и фундаментальными изменениями миропорядка. С исчезновением СССР канула в лету биполярная миросистема. На постсоветском пространстве возникло множество суверенных государств, одним из которых является Россия, так и не определившая к началу XXI века картину своего жизнесуществования. Столкнувшись с огромным комплексом проблем во всех сферах российского общества, руководство страны не вырабатывало достаточно четкой стратегии выхода из кризиса и дальнейшего позитивного развития. Отказавшись от идеологии коммунизма, Россия решила слепо копировать "западную" идеологию, оправдывая болезненную реакцию со стороны общества и дальнейший рост социальных катаклизмов естественным временным явлением, связанным с коренной ломкой, трансформированными процессами. В этот период в России особо настойчиво критиковалась советская идеология. Однако, как утверждает Д.П. Зеркин, "призывы к деидеологизации в действительности выглядят лукавством. Ведь речь-то ведется, если имеется в виду наша страна, о переидеологизации (реидеологизации) политической жизни" [3, 366].

Копируя западную модель, Россия совершает непростительную ошибку. Во-первых, западная идеология, взятая за образец, добившись определенных результатов в цивилизационном развитии, исчерпала свою прогрессивность. Как отмечает А. Субетто, конец XX в. предстает как кризис классической, стихийной истории. "Первая фаза глобальной экологической катастрофы и стоящая за нею глобальная информационная и духовная катастрофы в конце рыночно-капиталистической цивилизации" [6, 18]. Так, господствующий на западе и усиленно внедряемый у нас вульгарно-либеральный антропоцентризм, провозглашающий "свободу человека без границ", идеал индивидуального обогащения и т.п., действительно привел человечество к последнему рубежу, за которым уже просматривается его гибель.

Поиски альтернативной цивилизации - не беспочвенные, досужие вопросы, которыми занимаются некоторые ученые ради сугубо научного интереса, а реальная насущная необходимость. По яркому сравнению И. Бестужева-Лады, "Современное человечество очень похоже на больного. Этого больного уже почти тридцать лет предупреждают, что жить так, как он живет, можно еще от силы несколько десятилетий, причем положение будет все хуже..." [6, 34].

Во-вторых, копируя западную идеологию, Россия идет в разрез национальному менталитету российского общества, его жизненных сил. Специфика славянского мира, - отмечает С.И. Григорьев, - "...прежде всего в том, что здесь имеет место приоритет эмоционально-нравственного, духовного над рациональным, прогматическим. Это в принципиальном плане всегда отличало социокультурное развитие славянских народов, остроту и противоречивость их жизнесуществования, борьба за Правду, Справедливость, Духовность, Веру. Именно поэтому XX век, век рационализма и практики, стал для славян в подлинном смысле веком испытаний на прочность, жизнестойкость" [2].

В свете вышесказанного назрела насущная необходимость для российского общества выработки новой идеологии, которая с учетом современных реалий опиралась бы на духовное наследие русской нации. Именно идеология должна взять на себя решение таких проблем, как прекращение дезинтеграционных процессов и консолидация русской нации; укрепление государственности и выработка программы развития общества, установление оптимального сочетания интересов государства, общества и человека и т.д. Раскрывая механизм консолидации вокруг определенных ценностей, В.С. Барулин отмечает, что "каждая социальная общность (нация) объединяется каким-то общим интересом. Живет и функционирует в соответствии со своей специфической и конкретно-исторической на каждом этапе программой, которая включает в себя реализацию определенных национальных интересов, обеспечение конкретных культурных приоритетов, развитие определенных форм, национальной консолидации и национального самосознания и т.д. [1, 452].

В силу уже географического положения Россия находится между двумя практически несовместимыми культурами, на месте цивилизованного столкновения техногенной прагматики Запада и духовно-эмоциональной Азии. Так называемый спор западников и славянофилов до сих пор является предметом научных дискуссий. Однако историческое наследие России наглядно показывает, что оба подхода слишком категоричны, разумное же их сочетание приносит наибольшую пользу. Кроме того, механическое копирование чужой социально-политической модели приводит или к полному отторжению, или к такому изменению, которое извращает даже позитивную суть нововведения.

Национальный менталитет обладает определенной исторической устойчивостью, способностью самопродуцирования, самовоспроизводства. Так, к примеру, традиционной формой правления в России являлась монархия. Поэтому и попытки советской власти установить демократию неминуемо привели к формированию культа личности, наиболее извращенной форме абсолютной монархии. Православная религия заменилась идеей коммунизма, русская община - коммуной.

В этих примерах Россия выступает скорее азиатским государством, проявляя традиции патриархально-теократического устройства, заложенные еще Конфуцием, нежели моделью западной договорной концепции либерализма Т. Гоббса. Опора на национальный менталитет для выработки новой российской идеологии не случайна. Исторический опыт показывает, что слепое копирование чужих технологий никогда не приводило плагиаторов к радикальному успеху, обрекая на хроническое отставание от "оригинала", качественный прорыв возможен лишь тогда, когда, учитывая, и, возможно, опираясь, на чужой опыт, идет развитие на качественно новых принципах, выработанных в данном социокультурном пространстве.

Однако, характерной чертой современной России является дискриминация таких понятий, как русская национальная идея, русские интересы, русская культура. Причины этого кроются, как в наследии, оставшемся от бытности Советского Союза, так и в интересах современной геополитики, направленной на культивирование дезинтеграции и аморфности национальной идентичности. Однако, господствующее положении о том, что Россия исконно многонациональное государство, а посему не имеет возможности определить свое национальное лицо и национальные интересы, не совсем верно. Так, к примеру, исследования И. Шафаревича показывают, что "Россия - страна на редкость однородная национально" [7, 207].

Из всех 15 республик бывшего СССР Россия занимает третье место (после Армении и Азербайджана) по доле коренной нации во всем населении: 81 процент русских и 86 процентов считающих русский язык родным языком. Для сравнения: коренное население Литвы составляет 79 процентов, Украины - 71 процент, Грузии - 70 процентов. Анализ приведенных данных наталкивает на следующие выводы:

  1. Национально-государственная идеология должна строиться с учетом именно русских интересов.
  2. Идеология должна стать стержнем консолидации русского народа, вокруг которого сплотятся все другие коренные народы России.
  3. Данная идеология не должна ущемлять права и достоинства представителей других национальностей и т.п.

Доводом данных гипотез может служить следующее высказывание: Возможно ли национально-государственное возрождение и процветание в той стране, где более 80 процентов граждан представляют собой национально-аморфную массу. Противники данного подхода считают, что провозглашение титульной, коренной нации, обращение к национальным корням неминуемо приведет к росту эскалации межэтнической напряженности в стране. Однако, закономерности между следствием и причиной являются, по крайней мере, сомнительными. Отношения могут строиться как со знаком "минус", т.е. выделение чего-то в ущерб чему-либо, так и со знаком "плюс"; возрождение чего-то в благо чему-либо. Межличностные отношения показывают, что чувство уважения к другим испытывает тот человек, который уважает себя, и напротив, не уважающий себя испытывает то же чувство по отношению к другим.

В этой плоскости Русская национальная идея не выглядит как проявление велико державного шовинизма и национального экстремизма, а как осмысление своего исторического наследия и выработка программы будущего развития. Эту потребность осознают скорее представители других наций, живущих в России, нежели сами русские. Так, социологические исследования в Республике Алтай показывают, что подавляющее число респондентов считают возрождение своего народа немыслимым без национального возрождения русских. Видимость деидеологизации В России - это прекрасная возможность глубокой, широкомасштабной идеологической экспансии со стороны могущественных соседей. Особенно сильное воздействие данная экспансия оказывает на духовный мир молодого поколения, т.к. именно в этом возрасте идет формирование личности человека и им легче всего манипулировать. Отсутствие собственной национально-государственной идеологии приводит к тому, что новое поколение формируется на суррогате западной массовой культуры.

Современная социокультурная ситуация в России напоминает библейскую притчу о строительстве Вавилонской башни, где в результате разноязычия люди перестали понимать друг друга и разбрелись. Таким общим языком консолидации является идеология. Особое значение приобретает потребность национально-государственной идеологии в России в свете мировой геополитической ситуации. Глобальные проблемы, такие, как экологическая катастрофа, демографический кризис, ограниченность природных ресурсов планеты и т.д. приводят к дискуссиям по поводу "войны за будущее". В этой связи только четкая координация усилий всего общества, глубоко продуманная и обоснованная стратегия социокультурного развития, заложенные в идеологии, позволяет России иметь право на независимое и благополучное будущее.


  1. Барулин В.С. - М.: ФАИР-ПРЕСС, 1999.
  2. Григорьев С.И. Жизненые силы славянсикх народов (теоретико-методологические основы качественного социологического исследования). - Барнаул, 1999.
  3. Зеркин Д.П. Основы политологии: Курс лекций. - Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.
  4. Плешаков К. Геоидеологическая парадигма // Международная жизнь. N 4-1995.
  5. Политология. Учебное пособие для ВУЗов // Сост. и отв. ред. А.А. Радугин. - М.: Центр, 1999. - С. 205.
  6. Социология на пороге XXI века: Основные направления исследований // Под ред. С.И. Григорьева (Россия), Ж. Коэнен-Хуттера (Швейцария). - М.: РУСАКИ, 1999. - С. 18.
  7. Шафаревич И.Р. Есть ли у России будущее?: Публицистика. - М.: Советский писатель, 1991. - С. 207.